События

Геннадий Меркин. Музей книги про бойца в Сельце

Уникальные воспоминания прислал для публикации на нашем сайте Геннадий Самуилович Меркин, кандидат филологических, доктор педагогических наук, Почетный профессор СмолГУ. Г.С.Меркин стоял у истоков создания Музея песни М.В.Исаковского «Катюша» во Всходах Угранского района и Музея книги про бойца в Сельце Починковского района. Но судьба этих двух музеев сложилась по-разному. Публикуем эти воспоминания в авторской редакции.

Музей книги про бойца в Сельце

Инициатива создания музея, посвященного А.Т. Твардовскому в Сельце Починковского района, исходила от Смоленского обкома КПСС. В середине октября 1984 года меня пригласил зайти к себе заведующий отделом пропаганды и агитации обкома партии Игорь Викторович Григорьев. В это время группа студентов Смоленского пединститута, объединенная в студенческий отряд «Катюша», вплотную занималась созданием музея песни «Катюша», который должен был разместиться в пос. Всходы Угранского района, на малой родине М.В. Исаковского. Молодежный отряд был создан после того, как Смоленский обком партии, а точнее – И.В. Григорьев не просто одобрил мою идею создания музея во Всходах, но и создал для нашей работы идеальные условия: нам было выделено огромное пространство – балкон в доме политического просвещения областного комитета партии, ныне помещение для Смоленского музыкального училища.

Игорь Викторович расспросил, как идут дела по созданию будущей экспозиции для музея «Катюши», и неожиданно протянул мне письмо из Союза писателей СССР, в котором говорилось о предстоящем 75-летии со дня рождения А.Т. Твардовского и о том, что делается в Смоленской области по подготовке этой даты.

Игорь Викторович с некоторой печалью в глазах сказал:

– Вы же знаете, что ничего существенного не происходит. Так что, Геннадий Самуилович, придется вам взяться за создание музея Твардовского. Какие у вас будут соображения на этот счет? Где и что мы можем сделать реально?

Я ответил, что срок очень короткий, что за семь месяцев создать музейную экспозицию практически невозможно.

Мой собеседник ответил, что он все это понимает и обещает мне всяческую поддержку: не только всеми необходимыми расходными материалами, но моральную поддержку. Он заметил при этом, что знает о созданных мной в Вязьме музея трудовой славы предприятий микрорайона 6 средней школы и музейной экспозиции, посвященной выдающимся педагогам, в разное время работавшим в средней школе № 5 в Вязьме.

– Не мне вам советовать, как организовать работу. Понимаю, что будет непросто, но, уверен, вы справитесь.

Я пошел по тому же пути, что и при организации музея «Катюша». Был создан молодежный студенческий отряд «Муравия» из моих учеников – студентов-филологов. Вместе с ними была разработана концепция будущего музея. Музей было решено создавать в Доме культуры деревни Сельцо, что в нескольких километрах от хутора Загорье, где И.Т. Твардовский планировал создание музея-усадьбы Твардовских. Поэтому, наряду с основными вехами творческой биографии поэта, не претендуя на полноту охвата, мы решили создавать музей поэмы «Василий Теркин». История поэмы, ее своеобразие, ее место в ряду эпических произведений о Великой Отечественной войне достаточно хорошо изучены. Потому мы, наряду с общеизвестными фактами и сведениями, обойтись без которых было невозможно, упор делали на истории поэмы на смоленской земле: о герое – земляке поэта, о названии географических мест, так или иначе связанных со Смоленщиной, о смоленских изданиях поэмы. Задача поисковой группы «Муравии» была в том, чтобы не только собрать необходимый информационный материал, но, по возможности, материализовать его: найти газеты и сделать копии; раздобыть смоленские «толстые» журналы и альманахи с публикациями о Твардовском и его поэме, и, самое сложное, отыскать для экспозиции подлинники смоленских изданий «Теркина» и не только «Теркина».

Музей должен был располагаться в двух комнатах Дома культуры. В первой планировалось представить творческий путь А.Т. Твардовского от первых стихотворений до финала – редакторской деятельности Твардовского в «Новом мире». Второй зал должен был рассказывать посетителям музея о поэме «Василий Теркин» и об увековечивании памяти поэта – в названии пароходов, улиц, в издании произведений поэта на языках народов СССР и мира, о научных исследованиях, посвященных А. Твардовскому.

«Изюминкой» первого зала должны были стать экспозиционные пояса о поэме «Страна Муравия», военной лирике А. Твардовского и стихов, посвященных семье поэта, прежде всего матери – в цикле «Памяти матери». Кроме того, планировалось включить в экспозицию материалы и документы земляков поэта, в том числе и жителей дер. Сельцо, которые помнили о Твардовском, участвовали либо в строительстве Дома культуры, либо в сооружении пруда напротив него, который местное население называло не иначе, как «озеро Твардовского» – пруд был выкопан по личной просьбе поэта.

А.Т. Твардовский очень аккуратно относился к понятию «учителя поэта». Немногие удостаивались им такой оценки. Но безусловным авторитетом для него был М.В. Исаковский, что следует из многочисленных источников, принадлежавших самому Твардовскому. Мысль о том, что он средства, полученные за Государственную премии, отдал на строительство Дома культуры в Сельце под чьим-то давлением никак не соответствует истине. Во-первых, документов об этом нет, неизвестно, кто эти «давители» и откуда. Во-вторых, что более важно, А. Твардовский привез из своего путешествия по Сибири проект каменного Дома культуры. Напомним, что М.В. Исаковский средства, полученные за Сталинскую премию в 1943 году за создание цикла песен, в которых входила и «Катюша», отдал на строительство Дома культуры во Всходах, на его малой Родине. Но это в период, когда шла война, был проект деревянного здания – о кирпичном и не мечталось. А. Твардовский идет по пути своего знаменитого земляка.

К созданию музея, посвященного А. Твардовскому в Сельце, весьма настороженно отнеслась Мария Илларионовна Твардовская, вдова поэта. Она писала мне, что музей вряд ли будет иметь перспективу, что в Сельце, в местной начальной школе, уже есть музейный уголок с очень хорошими материалами о Твардовском, прежде всего о его учебе в Ляховской школе, о его учителях.

Я отвечал Марии Илларионовне, что понимаю ее опасения, но литературная экспозиция на малой родине Твардовского, о которой он всегда говорил и писал с теплотой и любовью, необходима еще и потому, что будущий этнографический комплекс в Загорье не будет иметь большого значения для понимания Твардовского, если рядом не будет литературной экспозиции. Я убеждал жену поэта в том, что А. Твардовский, большой поэт, часто – вопреки обстоятельствам, и комплекс, в который войдет возрожденный хутор и музейная часть в Доме культуры, станут единым целым.

Не знаю, удалось ли мне убедить Марию Илларионовну, но она прислала письмо с пожеланием успеха в нашей затее и достаточно большую посылку с книгами из личной библиотеки А. Твардовского, в том числе с дарственными надписями литераторов А. Твардовскому.

Между тем работа шла полным ходом и, самое важное, в том числе и благодаря помощи И.В. Григорьева, удалось получить копии материалов, газет военного времени, журналы и альманахи 40-50-х годов. Ряд материалов подарили для будущего музея смоленские библиофилы – из своих коллекций. Я отдал для музея подлинники отдельных номеров «Литературной газеты» начала 50-70-х гг. и самое ценное – полные комплекты журнала «Новый мир» периода редакторской деятельности А.Т. Твардовского.

Все письма о поэте и его творчестве, в том числе и переписка с М.И. Твардовской, воспоминания земляков, записанные студентами, подлинники фотодокументов и архивные источники, включенные в экспозицию, стали фондами музея. Их насчитывалось более 400 единиц хранения. И это было значимо, так как известно, что любой музей красен не только экспозицией, но и фондами.

Под утро 17 июня готовую экспозицию мы погрузили на две грузовых автомашины; и вместе с юношами – создателями музея – я отправил в Сельцо монтировать музей. В седьмом часу утра я шел на занятия прямо от Дома политпроса. Возле театра навстречу мне шел смертельно уставший И.В. Григорьев: город готовился к вручению награды – города-героя.

Я сказал Игорю Викторовичу, что только что отправил для монтажа все музейные экспозиции.

Игорь Викторович улыбнулся, обнял меня, или, точнее, мы повисли друг на друге, и сказал:

– Спасибо, Геннадий Самуилович. Я верил, но не надеялся.

23 июня было открытие нашего музея и большого закладного камня на месте, где И.Т. Твардовский возведет мемориальный комплекс усадьбы Твардовских.

Было много гостей, в том числе и очень знаменитых: генерал-полковник В.М. Шатилов, командир 150-й стрелковой ордена Кутузова II степени Идрицкой дивизии, которая участвовала во взятии рейхстага. В этой дивизии служили наш земляк М. Егоров и М. Кантария, бывшие среди тех бойцов, кто водрузил над рейхстагом знамя Победы. Был фотохудожник В.И. Аркашев, автор фотоальбома «Дорогами Василия Теркина. Он подарил музею увеличенные до размера большого ватманского листа фотографии своей книги про бойца. Были писатели, в том числе из Смоленской писательской организации, и, конечно, многочисленные земляки поэта.

Много внимания уделял созданию музея и организации праздника директор местного совхоза И.В. Шатыркин. Он очень радовался, тому, что мы успели завершить создание музея, и спрашивал ревниво:

– Наш музей ведь не хуже музея «Катюши»?

Праздник прошел, и начались не очень радостные будни. Во-первых, кто-то из «доброжелателей» написал в областные органы анонимку о якобы нецелевом расходовании директором совхоза государственных средств. Я не знаю всех тонкостей этого постыдного дела. Но меня несколько раз вызывали на допросы по поводу И.В. Шатыркина, пытаясь получить доказательства его вины. Естественно, ничем обрадовать следователей я не мог.

В связи с этим Иван Владимирович не рискнул дать отдельную единицу хотя бы смотрителя музейных экспонатов. Во Всходах такая возможность была изыскана, и земляки М.В. Исаковского не только ревниво оберегали то, что мы сделали, но и существенно обогатили музей, в частности, получили от вдовы М.В. Исаковского большое количество вещей, книг из библиотеки поэта и т.д., что позволило из категории народного музея перейти в статус государственным мемориальным музеем М.В. Исаковского, в состав которого естественным образом вошла экспозиция о «Катюше».

В Сельце этого не случилось. В очередной приезд в музей я увидел ужасную картину: двери музея нараспашку, на солнце выгорают подлинники газет и книг, судьба фондов неизвестна. Музей бесхозен.

Я глубоко убежден в том, что малая родина знаменитых земляков не может быть бесхозной и опустошенной. Там должна кипеть жизнь. Так происходит в лермонтовских Тарханах, тютчевском Муранове, чеховском Мелихово, я не говорю уже о Пушкинских горах. Это о великих классиках. Но ведь так происходит в астафьевской Овсянке, шукшинских Сростках и ряде других селах, поселках, городах, связанных с жизнью и творчеством известных писателей-земляков.

А. Твардовский такой чести не удостоен. Позиция поэта, его творчество и при жизни раздражали власть. Изучение творчества Твардовского, в том числе и на его родине, долгие годы было если не под запретом, то не поощрялось. Твардовский был неудобен для многих – и некоторых литераторов, и для многих партийных функционеров и чиновников.

Они «проснулись» только после его кончины: «У нас любить умеют только мертвых». Сегодня эта формула не работает: и мертвых не чтут, а если и «чтут», то как-то показно, театрально.

Это не абстрактные выводы, не умозрительные рассуждения. Езжайте в Сельцо. Деревня умерла, школа закрыта, жителей нет. Могилы на кладбище, где похоронен И.Т. Твардовский и его супруга, в диком запустении.

Близилось 100-летие со дня рождения А.Т. Твардовского. Совершенно закономерно, что гости Смоленска, которые должны будут приехать в Смоленск на праздник, захотят побывать на его малой родине. Тем более что было принято специальное правительственное постановление по поводу столетнего юбилея поэта. А везти-то некуда. Зарос бурьяном отчий край, озеро заросло, и здание Дома культуры обветшало, и с музеем невесть что…

Некуда ехать. И незачем. Дом культуры, а вместе с ним музей сгорел. Как говорят работники правоохранительных органов, «Нету тела, нету дела».

Мария Илларионовна Твардовская оказалась права. К сожалению – для одних, ради успокоения – для других.

Г.С. Меркин, кандидат филологических,
доктор педагогических наук,
Почетный профессор СмолГУ

К 110-летию Александра Трифоновича Твардовского

Олег Дорогань, председатель правления Смоленской областной организации Союза писателей России, лауреат Всероссийской литературной премии имени А.Т.Твардовского:

Дорогие друзья! От имени Смоленской областной организации я хочу поздравить всех Вас со 110-ой годовщиной  Александра Трифоновича Твардовского! Есть люди, которые никогда не умрут в нашей памяти и в наших сердцах. Именно к таким и относится наш знаменитый земляк, выдающийся русский поэт земли Смоленской и страны Советской Александр Трифонович Твардовский!

Литературная и общественная деятельность А.Т.Твардовского в истории Смоленской писательской  организации (1930-40 гг.)

В 1924 году, когда организационно оформилось создание Смоленской писательской организации, Александру Твардовскому не исполнилось ещё и четырнадцати лет. Однако видно по всему, как рано проявились недюжинный талант и необыкновенная, можно сказать, пассионарная активность молодого Александра Твардовского, всем сердцем и душой стремившегося присоединиться к писателям Смоленщины, к созданной под руководством М.В.Исаковского Смоленской писательской организации, исторический отсчёт  деятельности которой ведётся с 20 марта 1924 года.

Несмотря на свою молодость, исторически А.Т.Твардовский тогда уже встал в первый ряд выдающихся представителей Смоленской поэтической школы. И не случайно М.Левитин потом напишет так: «В те далекие весенние дни три наших земляка, выходцы из крестьянской среды, заложили прочную основу творческого союза. Оттуда намечается путь, идёт развитие и рост будущих ярких талантов, получивших всенародное признание. Начала складываться Смоленская поэтическая школа. С нею, прежде всего, связаны имена выдающихся поэтов М.Исаковского, Н.Рыленкова, А.Твардовского…».

Ещё не став студентом Смоленского педагогического института, Александр Твардовский из Загорья приезжал к М.В.Исаковскому, и Михаил Васильевич радушно принимал его, находил ему ночлег. Он стал и первым редактором его стихотворений. Именно М.В.Исаковский опубликовал в 1925 году стихотворение 15-летнего поэта-селькора Александра Твардовского «Новая изба», оно стало первым напечатанным его стихотворением. Вместе с заметками Александр Трифонович «отважился» отправить в редакцию и свои стихи, и с лёгкой руки М.В.Исаковского в газете «Смоленская деревня» (из автобиографии А.Т.Твардовского) оно и было опубликовано.

Начиналось оно так:

Пахнет свежей сосновой смолою,

Желтоватые стены блестят.

Хорошо заживём мы с весною

Здесь на новый, советский лад…

Это стало судьбоносным событием для поэта: публикация этого стихотворения, отправленного почтой, побудила Александра Твардовского, «собрав с десяток стихотворений», отправиться самому к М.В.Исаковскому в Смоленск. Михаил Васильевич в то время руководил литературным отделом важнейшей губернской газеты «Рабочий путь», и, встретив молодого талантливого паренька, отобрал часть стихотворений для публикации, вызвал художника зарисовать его, и вскоре в деревню пришла газета со стихами и портретом поэта-селькора Александра Твардовского.

М.В.Исаковский был тогда на Смоленщине главной и единственной литературной фигурой губернии, имеющей имя и за её пределами. В декабре 1926 г. в Смоленске им была организована Смоленская ассоциация пролетарских писателей (САПП). Её ядром стала литературная группа при губернской комсомольской газете «Юный товарищ». В числе её участников были и начинающие поэты – Твардовский, Плешков, Осин, Рутман, Фиксин. Образовавшаяся тогда Смоленская АПП насчитывала 17 членов. Большинство «сапповцев» печаталось в местных изданиях – «Юном товарище», «Красноармейской правде». А в центральных изданиях публиковались тогда только М. Исаковский и Д. Осин.

По свидетельству В.Смолина, многие публикуемые стихотворения были слабыми и несовершенными, у их авторов отсутствовала элементарная поэтическая грамотность. Но в лучшую сторону особо выделялось творчество некоторых молодых поэтов, писавших на деревенскую тему. И первое место среди них занимал Александр Твардовский. А ему тогда было ещё только семнадцать лет, однако он всё активнее стремился не пропускать основные события, происходившие в писательской среде Смоленщины.

В конце 1927 г. в Смоленске состоялась первая конференция смоленских писателей. В газете «Рабочий путь» от 4 декабря 1927 можно найти сообщение, что на губернской конференции пролетарских писателей присутствовало порядка сорока человек, представлявших все уезды. Из Москвы приехал представитель Правления ВАППа. Он сделал доклад об очередных задачах пролетарской литературы. После конференции состоялся литературный вечер, на котором, помимо смоленских авторов, выступали делегаты, прибывшие из деревни.

Организационная работа писательского штаба во главе с М.В.Исаковским, несомненно, имела действенное значение. Ведь  информация от него доходила до самых отдалённых уголков Смоленщины, дошла и до хутора Загорья, выходцем откуда был Александр Твардовский. Он не оставался в неведении о деятельности писательской организации и, надо отдать ему должное, находил время, возможности и средства, чтобы добираться до Смоленска и принимать участие в значимых мероприятиях смоленского литературного процесса тех лет.

Поэзия М.В.Исаковского на А.Твардовского в то время оказала большое влияние, судя по его признаниям. Он писал: «В стихах своего земляка, уже известного в наших краях поэта, я увидел, что предметом поэзии может и должна быть окружающая меня жизнь советской деревни, наша непритязательная смоленская природа, собственный мой мир впечатлений, чувств, душевных привязанностей. Пример его поэзии обратил меня в моих юношеских опытах к существенной объективной теме, к стремлению рассказывать и говорить в стихах о чём-то интересном не только для меня, но и для тех простых, не искушённых в литературном отношении людей, среди которых я продолжал жить. Ко всему этому, конечно, необходима оговорка, что писал я тогда очень плохо, ученически беспомощно, подражательно».

Самокритичность, скромность и душевная деликатность поэта при его несомненной одарённости очень скоро помогли ему обрести свой голос, выйти в первый ряд современных поэтов. И Михаилу Исаковскому, «земляку, а впоследствии другу», как писал сам Александр Трифонович, он был многим обязан в своём развитии, считая его единственным из советских поэтов, чьё влияние он всегда признавал и писал, что оно было благотворным для него.

Конечно, не у одного у него пробудились творческие силы, и не он один стремился войти в горячий литературный цех смоленской литературной жизни. Недаром и «Рабочий путь»  от 7 декабря 1927 г. рапортовал так: «Ожидания оправдались. На зов Смоленской ассоциации пролетарских писателей откликнулись и литературные кружки, и писатели-одиночки, рассеянные по разным уголкам нашей губернии». Но, несомненно, он был самым талантливым из них. Сам же в своих воспоминаниях он признаётся, что литературная учёба давалась нелегко: «В развитии и росте моего литературного поколения было, мне кажется, самым трудным и для многих моих сверстников губительным то, что мы, втягиваясь в литературную работу, выступая в печати и даже становясь уже «профессиональными» литераторами, оставались людьми без сколько-нибудь серьёзной общей культуры, без образования. Поверхностная начитанность, некоторая осведомлённость в «малых секретах» ремесла питала в нас опасные иллюзии».

С окончанием сельской школы обучение Александра Твардовского прервалось. Восемнадцатилетним парнем он приехал в Смоленск, где долго не мог устроиться ни на учёбу, ни даже на работу, не имея специальности. «Поневоле пришлось принимать за источник существования грошовый литературный заработок и оббивать пороги редакций». Понимая незавидность такого положения, поэт всё-таки не отступал, «а молодость позволяла видеть впереди, в недалёком будущем только хорошее».

По признанию самого поэта, шесть-семь лет жизни в Смоленске до появления поэмы «Страна Муравия» всё же стали для него самыми решающими и знаменательными в его литературной судьбе. В стране это были годы великого переустройства деревни на основе коллективизации, и это явилось для него тем же, чем для более старшего поколения Октябрьская революция и гражданская война. «Именно этим годам я обязан своим поэтическим рождением», – писал А.Т.Твардовский.

В Смоленске он поступил в Педагогический институт без приёмных испытаний, но с обязательством сдать в первый год все необходимые предметы за среднюю школу. С успехом окончил второй курс, а с третьего ему пришлось уйти, и доучивался он уже в Московском институте истории, философии и литературы (МИФЛИ), куда поступил осенью 1936 года.

С теплотой и признательностью вспоминал А.Твардовский о годах учёбы и работы в Смоленске, они были отмечены для него высоким душевным подъёмом. «Никаким сравнением я не мог бы преувеличить испытанную тогда впервые радость приобщения к миру идей и образов, открывшихся мне со страниц книг, о существовании которых я ранее не имел понятия. Но, может быть, всё это было бы для меня «прохождением» институтской программы, если бы одновременно меня не захватил целиком другой мир – реальный нынешний мир потрясений, борьбы, перемен, происходивших в те годы в деревне. Отрываясь от книг и учёбы, я ездил в колхозы в качестве корреспондента областных газет, вникая со страстью во всё, что составляло собой новый, впервые складывающийся строй сельской жизни, писал статьи, корреспонденции и вёл всякие записи, за каждой поездкой отмечая для себя то новое, что открывалось мне в сложном процессе становления колхозной жизни.

Моя поэма «Путь к социализму», озаглавленная так по названию колхоза, о котором шла речь, была сознательной попыткой говорить в стихах обычными для разговорного, делового, отнюдь не «поэтического» обихода словами».

И для новой своей вещи – поэмы «Страна Муравия», написанной в 1934-1936 годах, поэт работал, обладая опытом не утрачивать «свои основные природные начала: музыкально-песенную основу, энергию выражения, особую эмоциональную наполненность».

Писатель и журналист Дмитрий Дворецкий, вспоминая о некоторых моментах литературной жизни в Смоленске в середине 1930-х годов, сделал акцент на том, что литературная жизнь «ключом била». Прежде всего, он связал это с I Всесоюзным съездом советских писателей СССР 1934 года, безусловно, давшим толчок развитию деятельности местных писательских организаций. В составе смоленской делегации в съезде участвовали Михаил Завьялов, ставший руководителем Смоленского отделения Союза советских писателей, Александр Твардовский, Николай Рыленков и Адриан Македонов.

Стало быть, в возрасте 24 лет Александр Трифонович Твардовский был удостоен чести быть делегированным на первый исторический съезд советских писателей, организованный под руководством Максима Горького. Тогда, в день открытия съезда (17 августа 1934 г.) перед Домом Союзов собралась огромная толпа людей, желающих воочию увидеть известных писателей. Даже сами делегаты съезда с трудом протискивались через толпу. Одна из делегатов А. Караваева вспоминала: «Солнечным августовским утром 1934 года, приближаясь к Дому Союзов, я увидела большую и оживлённую толпу. Среди говора и аплодисментов – совсем как в театре – слышался чей-то молодой голос, который энергично призывал: «Товарищи делегаты Первого съезда советских писателей! Входя в этот зал, не забудьте поднять ваш исторический мандат! Кто, какой делегат и откуда явился на съезд… Советский народ желает всех вас видеть и знать! Называйте, товарищи, вашу фамилию и предъявляйте ваш делегатский билет!» Каждую писательскую фамилию этот энергичный юноша звучно повторял дважды, и собравшиеся дружными рукоплесканиями встречали появление нового делегата. Прозвучала тогда и фамилия молодого Александра Твардовского.

Далее Дмитрий Дворецкий вспоминает: «Смоленские писатели… в 1936 году написали и выпустили в свет немало хороших книг. Это поэмы Александра Твардовского «Путь к социализму» и «Страна Муравия»… Михаил Исаковский выпустил в Запгизе сборники стихов «Провинция», «Война с тараканами» и «Вдоль да по улице, вдоль да по Казанке» («Вдоль да по дороге, вдоль да по Казанке», 1934 – Н. Ч.)… В 1933 году в Запгизе вышла первая книга лирических стихов Николая Рыленкова «Мои герои», а четыре года спустя… сборник «Колосья».

С другой стороны, судя по словам М.Левитина из статьи «Славный юбилей» («Р. П.», 24 апреля 1997г.), в эти самые годы – «творчество смоленских литераторов омрачено гонениями, преследованиями, нападками необъективной критики… Опале и репрессиям в 30-е годы подвергались Твардовский, Марьенков, Завьялов, Македонов и другие, которые в жесточайших условиях прежнего режима стремились отстоять свободное художественное слово».

Делегат I Всесоюзного съезда советских писателей М.Завьялов, будучи незаконно репрессированным в 1937 году, умер в пересыльной тюрьме. Писатель Н.Антонов в статье «Писатель и большевик» (1967 г.) потом напишет о М.Завьялове как о человеке «большого душевного обаяния и отзывчивого сердца, он умело сплачивал организацию нового творческого объединения. И его помощь ощущали А.Твардовский, Н.Рыленков, Д.Осин и другие. Вокруг поэмы А.Твардовского «Страна Муравия», впоследствии получившей Государственную премию, завязались литературные бои. Михаил Сергеевич был среди тех, кто поддержал поэта».

Здесь Н.Антонов приводит интересное свидетельство жены писателя Д.Завьяловой: «Он пришёл с собрания писателей (где впервые читалась… «Страна Муравия», и с каким восторгом он говорил мне: «Мы сегодня были свидетелями рождения большого талантливого литературного полотна». Действительно, большой талант виден во всём, в каждой мелочной детали проявляется его значимость. И поэма «Страна Муравия» не случайно стала новым заметным явлением в отечественной литературе. А.Т.Твардовский, несмотря на молодость, очень зрело, зримо и весомо отразил сложные социально-политические процессы, вызванные курсом на коллективизацию.

Историю замысла «Страны Муравии», подсказанной одним из тогдашних выступлений А.А.Фадеева, А.Твардовский изложил в специальной заметке «О «Стране Муравии». С этой поэмы, встретившей одобрительный приём у читателей и критики, сам поэт и начал счёт своим «писаниям», характеризующим его как литератора. Выход этой книги в свет послужил причиной и значительных перемен в его личной жизни. Он переехал в Москву, а в 1939 году окончил МИФЛИ (в то время, как я выше отмечал, его поэму уже изучали по школьным и вузовским программам).

Наряду с вышеназванными писателями – соратниками А.Т.Твардовского осуждён тогда был и  Адриан Македонов, на 8 лет лишения свободы. В своей книге «Воркута ты, Воркута…» А.Македонов, став крупным ученым, доктором геолого-минералогических наук, напишет:  «21 августа 1937 года в моей смоленской квартире до одиннадцати вечера сидел Твардовский. А через полчаса меня арестовали. Я жил в Смоленске…А Твардовский жил уже в Москве, но летом наезжал в родные места, снимал дачу или квартиру. Часто заглядывал ко мне, стучал в окно с улицы, спрашивал: «Сократ дома?»…

Мы обсуждали с ним и общую ситуацию. Существовала иллюзия …, что Сталин продолжает дело Ленина и что, несмотря на все безобразия в период насильственной коллективизации … страна быстро двигается вперёд по пути создания нового социалистического общества.

Твардовский в этом не сомневался. Многое он просто не мог знать, например, никто из нас не знал, что творилось уже тогда в застенках МВД…

Родители Твардовского были неправильно раскулачены, и он знал, что они не кулаки. Он знал и о многих других случаях неправильного раскулачивания. Даже соглашаясь с тем, что ликвидация кулачества как класса была необходимостью, он всё же не раз говорил…, что ликвидация класса не означает ликвидации людей.

Одно время Твардовский оказался почти в полном одиночестве среди местных литераторов. Некий Горбатенков возненавидел его, а заодно и меня, за систематическую защиту «кулацкого» поэта Твардовского. Отсюда и возникло совместное политическое дело против меня, Твардовского и ещё трёх смоленских литераторов, среди которых оказался и один из противников поэта.

Был уже выдан ордер на обыск и арест Твардовского, и на следующий день после моего ареста пришли за ним, но утром 22 августа Твардовский узнал о моём аресте, почувствовал, что ему угрожает, и немедленно уехал в Москву…

Был заготовлен и прямо «уличающий» Твардовского в сочувствии кулакам факт: эпизод из «Страны Муравии», не пропущенный тогда цензурой («Их не били, не вязали…»). Этот фрагмент, который с потрясающей силой обнажил действительный ужас раскулачивания, он смог внести в текст поэмы только после смерти Сталина.

Однако когда дело было переслано смоленским МВД в Москву, оно не пошло дальше, так как поэма была уже одобрена Фадеевым, без санкции которого Твардовский не мог быть арестован.

Стало известно, что поэма прочитана самим Сталиным и понравилась ему. Сталин понял, что может приручить и использовать новый большой талант, что «Страна Муравия» может быть истолкована как оправдание коллективизации, хотя в поэме всё время подчеркиваются возможности и другого, добровольного, объединения в колхоз.

В результате Горбатенкову пришлось найти повод и наказать защитника Твардовского Македонова, но по другим мотивам… Вспомнили мою «крамольную» статью по поводу самоубийства Маяковского, напечатанную в «Рабочем пути»… В этой статье я написал, что самоубийство Маяковского не может объясняться какими-то личными причинами или только ими, и связано с его внутренним расхождением с нашей действительностью и линией партии в области литературы…

Моя статья формулировалась 58-10, ч. II, то есть… контрреволюционная агитация и контрреволюционная организация».

Вполне понятно, что А.Т.Твардовского ожидала та же участь, но судьба с ним распорядилась иначе.

И, действительно, в статье «Кулацкий подголосок. О стихах Твардовского»  Горбатенков содержался явный донос о том, что «Македонов замалчивает идеологические и художественные пороки творчества Твардовского» («Большевистский молодняк», 1934 год, 17 июля), и это было далеко не единственное обвинение подобного рода в то время.

В июне 1937 года, по не вполне ясным причинам в Московском педагогическом институте им. В.И.Ленина, несмотря на положительные отзывы оппонентов, было отложено открытое заседание по защите диссертации А.Македонова «Проблема героя в эстетике Белинского». Научный труд так и остался неоформленным, хотя и был сохранён бабушкой Адриана Владимировича, которая закопала диссертацию в землю неподалёку от Смоленска и, таким образом, спасла во время Великой Отечественной войны. Арестовали А.Македонова вскоре после отмены защиты диссертации, о чём известно из документов архива управления ФСБ по Смоленской области (опубликованных в книге Н.Н.Илькевича «Дело» Македонова») по сфальсифицированному обвинению в участии в контрреволюционной группе смоленской писательской организации и ряду других.

За «врага народа», не считаясь с риском для себя, вступились А.Т.Твардовский и М.В.Исаковский. Благодаря их стараниям, а также хлопотам жены, Македонов избежал расстрела и получил 8 лет лагерей – мягкий по тем временам приговор.

Впоследствии А.Македоновым была написана книга «Очерки советской поэзии», состоящая из пяти статей о творчестве поэтов Исаковского, Твардовского, Рыленкова, Мартынова и Заболоцкого; написанная в Воркуте, она вышла в 1960 году в Смоленске. Именно в первой статье сборника, прямо в заглавии, и появляется понятие «смоленская поэтическая школа». Именно так: слово «смоленская» взята автором в кавычки. Македонов, обозначив сам термин, тут же поясняет: «… смоленская земля отнюдь не обладает какими-то особыми почвами, позволяющими выращивать поэтов, а тем более, целую поэтическую школу. Да, конечно, никакой особой смоленской поэтической школы нет, а есть просто смоленские писатели, смоленская писательская организация, один из отрядов нашей поэтической армии». И далее: «Есть в этих поэтах, несомненно, нечто общее, нечто объединяющее их в пределах того ещё более общего, что объединяет всю нашу советскую поэзию».

Эти особые «общие черты», отличающие поэтов «смоленской поэтической школы», по мнению Македонова, наиболее отчётливо проявились в конце 20-х и начале 30-х годов, а затем растворились в советской поэзии. Среди специфических качеств «школы» автор выделял «конкретизацию героя, раскрытие многосторонности его внутренней жизни, непосредственный синтез в поэзии повествовательного, драматического, лирического начала и особой поэтической сюжетности, развитый синтез песенного и разговорного начала поэтической речи, синтез «обыкновенного» и огромного, всемирно-исторического, героического начала в изображении реального, сегодняшнего… человека». Близкими к «смоленской поэтической школе» назывались Македоновым некоторые поэты, творчество которых развивалось независимо от поэтического влияния смоленских литераторов, биографически со Смоленщиной не связанные (например, А.Недогонов или А.Яшин). И, напротив, отмечались уроженцы Смоленска, чья поэзия близка к традициям других школ (А. Гитович – представитель, так называемой, петербургско–ленинградской школы). Таким образом, Македоновым были очерчены изначально не слишком резкие границы «смоленской поэтики» в рамках советской поэзии. Центром «школы» назывался Исаковский, самым крупным поэтом – Твардовский, значительной фигурой в масштабах «школы» – Рыленков.

От себя хотелось бы добавить, что поэт Валентин Устинов – президент Академии поэзии России – признавал Смоленскую поэтическую школу, говорил, что и он, и все ведущие русские поэты творчески прошли через неё. Понятно, что эта школа – не здание с вывеской, она – в области духа, содержит в себе наряду с печатным материалом метафизическую составляющую.

А послевоенное растворение её в отечественной поэзии – процесс естественный, закономерный. Понятно, что все ведущие поэты этой «школы» стали сложившимися самодостаточными фигурами, и их трудно впихнуть в одну обойму. Не это ли сегодня и даёт кому-то основание утверждать, что такой «школы» не было, и нет.

И сам отрыв от Смоленской писательской организации М.В.Исаковского в 1931 года и А.Т.Твардовского в 1936 году в связи с их отъездом в Москву, вовсе не говорит о том, что с их отъездом Смоленской поэтической школы не стало.

Именно мышление крайностями категорий здесь может быть ошибочным и даже губительным. В историю отечественной литературы эта «школа» внесена литературоведческим термином, выработанным А.Македоновым, и от этого не отмахнуться.

С одной стороны, сами её родоначальники, предтечи и представители её вынуждены были жить и творить в рамках своего времени, ограниченные сложившимися условиями той общественно-политической формации.

С другой стороны, всё-таки не следует ограничивать саму школу какими-то исторически сложившимися социально- общественными и собственно литературными рамками в процессе её развития.

В то же время ошибочно абсолютизировать эту школу, самоцельно расширять её влияние, навязывая и насаждая везде и всюду. При этом нельзя сегодня не сказать о том, что рамки Смоленской поэтической школы расширяются за счёт новых идеологем, связанных с обращением к православной тематике, утверждением духовно-нравственных православных ценностей.

После пересмотра в нашем обществе отношения к религиозным конфессиям, возрождения духовного интереса к православной вере, интересно проследить, как в поэме «Страна Муравия» у её автора боролось атеистическое сознание, возведённое в ранг официальной государственной политики, с той духовностью и нравственной верой, что не могла не перейти к нему от его предков.

В «Стране Муравии» впервые выведен образ «раскулаченного» священника, у которого «и лопатки, точно крылья, под подрясником торчат».

Край до места, трогай, брат.

Бога нету, говорят.

Бога нету – несомненно:

Лет пяток –

Недолгий срок.

Как видим, здесь указана историческая хронология – «Бога нету… лет пяток», то есть тогда народ ещё не успел отвыкнуть от христианской веры и церкви православной.

А для образа сторожа автор находит такие слова:

Обо всём на белом свете

Можно думать не спеша:

О земле, о бывшем боге,

О скитаниях людей,

О твоей хотя б дороге,

О Муравии твоей.

И тут опять – поэт пишет о «бывшем» Боге, о котором, всё же ещё вспоминали наряду с воспоминаниями о земле, о дороге, о родине, о самом близком, родном и дорогом.

И стыдили, и грозили…

«Всё стерплю, терпел Иисус.

Может, я один в России

Верен богу остаюсь».

Так исподволь в «Стране Муравии» прорисовывается образ Иисуса Христа:

– Иисус Христос

Чудеса творил…

– А кто платил,

Когда я да не платил?..

_ _ _

– Иисус Христос

По воде ходил…

– А кто платил,

Когда я не платил?

Твардовский был всегда среди людей и стремился делать для людей всё целесообразное и полезное, что и как только мог, не желая оставаться «соловьём-одиночкой». И, понятно, вовсе не затем, чтобы выделяться и извлекать выгоду из этого. Все думы его, искренне изливавшиеся в поэтических строчках, были о справедливом устройстве общества. И в то атеистическое богопротивное время в поэме «Страна Муравия» поэт словами старца-богомола очень точно и реалистично выразил мироощущение общества того времени: «– Что ж Бог! Его не то чтоб нет, /Да не у власти Он».

Напоминание о Боге в поэме не случайно, оно идёт как бы из-под спуда, художественно оправдано и необходимо. Ведь в самой, что ни на есть, утопически крестьянской Муравской стране ощущается какая-то идиллическая благодать, Муравия становится одним из прообразов Русского Рая, о котором мечтали многие поколения русских людей:

Весь год – и летом, и зимой –

Ныряют утки в озере.

И никакой, ни боже мой, –

Коммунии, колхозии!..

И всем крестьянским правилам

Муравия верна.

Муравия, Муравия!

Хо-рошая страна!..

Мечта об идеале, социально-общественном и эстетически-художественном, выразившись в поэмном полотне, увы, была слишком далека от действительности. И судьбе было угодно, что

только автору смогла она помочь в реальной жизни. Автор написал её, когда ему было 25 лет; а когда ему стало 29, её уже изучали в школах и вузах, а сам автор был орденоносцем.

В годы Великой Отечественной войны А.Т.Твардовский вновь оказался в родных смоленских местах в качестве военного корреспондента газеты Западного фронта «Красноармейская правда».

А 18 января 1944 года А.Т.Твардовский принял участие в первом (со времени освобождения Смоленщины от немецко-фашистской оккупации) общем собрании Союза советских писателей Смоленской области при отделе агитации и пропаганды Смоленского обкома ВКП(б).

В собрании вместе с Твардовским приняли участие писатели Н.Рыленков, В.Кудимов, Д.Осин и В.Шурыгин, от обкома ВКП (б) – Ф.Крылов. Был обсуждён вопрос о возобновлении работы Смоленского отделения Союза советских писателей. Единогласно был избран уполномоченный ССП по Смоленской области. Им стал Н.И.Рыленков. Оргсекретарем и референтом по работе с начинающими писателями избрали В.Кудимова (М.Д.Богомолова).

Вместе с тем рассматривался вопрос о вызове смоленских писателей, находящихся в эвакуации, и другие насущные вопросы жизнедеятельности писательской организации.

В резолюции собрании было записано: «До войны Смоленское отделение Союза Советских писателей занимало одно из первых мест среди краевых и областных отделений Советского Союза, как по объёму и характеру своей работы, так и по профессиональному составу писателей…  Из Смоленской организации вышли поэты М.Исаковский, А.Твардовский и другие товарищи, которые печатаются в центральных изданиях и занимают своё место в советской литературе».

В то время Василий Тёркин жил уже на страницах фронтовых газет, в фельетонах и коротких стихотворных рассказах. А.Т.Твардовский подхватил этот образ и поднял его на небывало высокий уровень, потомил его в своих погребках  и сумел влить достойное вино в новые мехи.

У кого-то, возможно, возникает провокационный вопрос: зеркалом войны или зеркалом веселья на войне явилась поэма?

Война в поэме показана в полный рост. А экзистенциальному восприятию войны была заведомо противопоставлена здоровая стихия русского народного духа на войне.

Сложная ситуационная реальность войны требовала народной простоты её восприятия и ясности её оценок. И Твардовский сумел в той агитационно-пропагандистской системе найти отдушину и для своей души и для души народной, где бы и как ни повела она себя. Вольно, естественно, полной силой. И в этом явно и ярко проявилась божья искра его поэтического дара.

Нет, боец, ничком молиться

Не годится на войне.

В гармонии тёркинского стиха заложена народная исцеляющая сила духа. Когда Твардовский писал книгу про бойца, он не мог не видеть всю страшную реальность войны. Поэт всегда требовал от себя «правды, прямо в душу бьющей», и, ясное дело, старался не слукавить, а всё же смягчал: «Люди тёплые, живые / Шли на дно, на дно, на дно…».  Всё равно получалось впечатляюще, пронзало и очищало горькой слезой.

Смягчал, как душа смягчает острую телесную боль и страдания бойцов. Как А.Пушкин смягчал слово «могила» – «мглою». Вот и подумается невольно: бывают лукавцы, что святее святых.

Святые могут уйти от людей в пустыню, к зверью, но все думы их, так или иначе, о вселенском согласии всего сущего на свете.

А.Т.Твардовский после отъезда со Смоленщины себя позиционировал как вполне сложившегося самостоятельного поэта, не нуждающегося в «школе», однако связи со Смоленской организацией он не терял, тем самым был связан и со Смоленской поэтической школой. И на примере стиховой стихии «Василия Тёркина» видна эта связь, продолжающая поэтику «Страны Муравии». Книгу про бойца «Василий Тёркин» можно по праву назвать поэтическим эпосом о Великой Отечественной войне. И равного ему в годы войны не было ни у кого. Его можно смело причислить к высочайшим достижением Смоленской поэтической школы.

С поэтами Смоленской поэтической школы, масштаб творчества которых выходит не только за пределы Смоленщины, но и за рубежи всей нашей страны, и нас связывает сегодня не только гордость и традиция, но и глубинное понимание истоков литературы, неотделимых от родной земли.

Духовная доминанта, глубинный исторический взгляд на все явления и события, державная гражданственность, обострённое чувство справедливости, преумножение лучших классических традиций в духе народности, высокой нравственности и патриотизма – таковы основные черты и качества, почти столетие отличающие нынешнюю смоленскую литературу.

И А.Т.Твардовский спустя полвека после своего ухода всё более обретает для нас идеал личности с высокой нравственной организацией души, с чертами святости, выступает в общественном сознании как прообраз человека будущего, «настающего настоящего» (Л.Мартынов), которое мечталось и мечтается многим поколениям нашего народа.

О книге стихов О. Дорогань «ВИСОКОСНОЕ ВРЕМЯ»

Олег Дорогань выпустил свою новую поэтическую книгу «Високосное время» в брянском издательстве «Аверс». Это девятая книга автора, который является председателем Смоленской областной организации Союза писателей России. В этой книге он развивает лирические, военно-патриотические, православно-духовные и философские мотивы. Автор живо откликается на вопросы, которые ставит время, своеобразно отражает их в своём творчестве. Его стилю присущи пластика, свежий образ, интересная рифма и метафора, проникновенно-лирические и публицистические интонации.

Книга начинается с программного стихотворения «Високосное время» и разбита по разделам–циклам. Первый раздел «Победы величье у нас не отнять» приурочен к 75-ой годовщине нашей Великой Победы. О служении Отечеству, начиная с курсантской юности до сегодняшних дней, и о духе времени, которым сопровождались все эти годы, свои стихи автор обозначил циклом «В бессонном дозоре».

Цикл стихотворений «А ещё я помню колыбельную» поэт посвятил матери. При чтении этих стихов создаётся глубокое впечатление, словно образ любимой  матери автор пытается воскресить для себя и для читателя.

Лирические любовные переживания у поэта проявились в мотивах стихотворений, включённых в циклы «Сердце не справляется с весной», «Осенние элегии», «Когда я обращусь лицом к звезде», «Я не венчался с земною невестой». Эти стихи отличаются благородным возвышенным отношением к Женщине, они о встречах и разлуках, расставаниях навек и вере в новую встречу.

Любовью к братьям нашим меньшим проникнут цикл «И первозданный клич природ…». Борьба природных начал в судьбах животных проявляется, как и в судьбах людей.

Болью и тревогой о настоящем и будущем России – Руси непреходящей – пронизаны стихотворения в разделе «Охрани нашу Русь». Сюда включены стихотворения из предыдущей поэтической книги «Русь непреходящая» («Российский писатель», 2011 год), а также новые стихи, где эти патриотические мотивы, связанные с деревенской Русью, получают своё продолжение.

Цикл «Время идёт, прирастая погостами…» посвящён памяти ушедших родных и близких автора, памяти поэтов Виктора Смирнова, Николая Сухарева, певицы Ольги Воронец, и восходит к обобщённому образу всех ушедших, достойных бессмертия и незабвенной памяти.

В книгу вошли стихотворения, посвящённые М.В.Исаковскому и А.Т.Твардовскому. Эти выдающиеся поэты стояли у истоков создания и в процессе становления нашей Смоленской писательской организации почти век назад, а теперь для неё, для всех нас, её представителей, они как ангелы-охранители.

Публицистические и философские размышления поэта о времени и о себе, о самой сути – в жизни и творчестве, о смысле жизни и смысле смерти нашли наиболее полное отражение в цикле «О самой сути».

Православные мотивы обрели своё воплощение в стихотворениях цикла «Выстроить свой храм». Здесь собраны стихи, посвящённые Святому равноапостольному князю Владимиру Крестителю, Пресвятой Богородице Одигитрии, смоленским православным святым.

В основу стихов из циклов «Заболеваю я звёздностью неба» и «Вращается Вселенная» легли мотивы космического плана с размышлениями о природе времени – как энергии звёзд, обуславливающей вечность и бессмертие человеческих душ.

Последнее стихотворение в книге «Говорит Время» как бы закольцовывает её начальную и финальную доминанту, отражая суть «Високосного времени», в которое мы живём, преодолевая всё на своём пути, направляясь, что называется, через тернии к звёздам. Идём по своей стезе, не теряя любви, а обретая её на всё более высоких уровнях бытия в мироздании. И тем самым спасаемся в Боге, одерживая победу над смертью в Успении, в награду получая бессмертие души.

А завершает книгу «Високосное время» поэма «Крестница». В ней рассказывается о матери, которая ищет своего сына–солдата, находит место его захоронения на чеченской земле и задаётся целью собрать средства для возведения на этом месте храма. Автору удаётся передать внутренние переживания героини поэмы, силу и крепость её веры, самозабвенное духовное служение своему материнскому и нравственному долгу.

О творчестве поэта в разное время писали В.Черкашин, В.Суханова, П.Ульяшов, Н.Кузьмин, Ю.Беличенко, Н.Дорошенко, В.Широков, В.Иванова, Н.Сухарев, А.Березнев, А.Стерхов, М.Козлов, Н.Илькевич, А.Мельник, Н.Кеженов и другие авторы.

И поэт Олег Дорогань, судя по всему, не соступает со своей жизненной и творческой стези, находится в духовном восхождении к высотам избранного им идейно-эстетического идеала:

Стихи, пожалуй, лучшее,
Что в мире грёз и гроз
Мы, радуясь и мучаясь,
Роняем вместо слёз…

Мария Парамонова

С 75-летием Великой Победы!

Дорогие писатели, читатели, гости сайта, друзья!

75 лет назад наша страна, наши родные люди испытали на себе бесчеловечность  страшной, кровопролитной войны! Война не пощадила ни одну семью в нашем отечестве, унесла жизни миллионов людей, оставила  детей сиротами. Благодаря сплочению всего Советского народа, ценой миллионов жизней, была одержана Великая Победа – победа над фашизмом!

Возможно ли подобрать слова благодарности павшим в боях, работавшим в тылу, всем, кто приближал великую Победу, чтобы выразить всю признательность за мирное небо, возможность слушать пение птиц, слышать звонкий смех и видеть счастливые улыбки наших детей?! Это очень сложно, но писатели России это делают в своих стихах и прозе, в своих выступлениях перед ветеранами и молодёжью.

Мы, потомки героического народа – освободителя, не должны забывать о горьких страницах мировой истории, отразившейся в судьбе каждой семьи. Мы всегда вместе! Мы помним наших отцов, дедов и прадедов, мы гордимся ими!

Год 2020-й напомнил всем нам о том, что мир  и спокойствие зыбки. Он изменил привычный ход событий современной жизни, но разве сравним он с ужасами? Благодаря разумным действиям и взаимной поддержке мы преодолеем эти временные трудности и ещё отпразднуем вместе 75-летие Победы!

Дорогие писатели, Правление Смоленской областной организации Союза писателей России поздравляет  всех вас с 75-летием Великой победы и желаем Вам мужества и вдохновения, настойчивости в Ваших ежедневных победах над собой и над обстоятельствами! Будьте здоровы, счастливы! Пусть каждый новый день становится новыми строками Смоленской литературы!
С праздником!!!

Уважаемые писатели, члены Смоленской областной организации Союза писателей России! В комментариях к этой заметке вы можете написать, как вы и ваши близкие отпраздновали День Победы в этом году, в каких общероссийских мероприятиях вы, возможно, принимали участие. Впоследствии мы подготовим обзор для сайта.

Мария Парамонова приняла участие в акции «Бессмертный полк русской поэзии»

Мария Парамонова, заместитель председателя Правления Смоленской областной организации Союза писателей России, приняла участие в акции «Бессмертный полк русской поэзии», которая проходит под эгидой Союза писателей России.

Любой желающий смог прислать своё видеопрочтение стихотворения поэта-фронтовика. Положение о проведении акции было опубликовано на нашем сайте в марте.

На странице «Бессмертного полка русской поэзии» опубликовано два видеопрочтения Марией Парамоновой стихов поэтов-фронтовиков. Это стихотворение Александра Трифоновича Твардовского «Есть имена, и есть такие даты…» и стихотворение Сергея Александровича Поделкова «Есть в памяти мгновения войны…».

Каждое произведение сопровождается краткой биографической справкой о поэте-фронтовике. Стихи уроженца Смоленщины А. Т. Твардовского читали и взрослые и дети из разных уголков России и других стран. Участники акции получили памятные сертификаты.


Хрустальный родник -2020. Победителем стала Екатерина Рогачёва из Смоленска

Подведены итоги конкурсной программы Х Всероссийского открытого литературного фестиваля-конкурса «Хрустальный родник». В заочной конкурсной программе приняли участие 137 молодых литераторов из 42 российских регионов, а также из Казахстана и Латвии. В жюри конкурса работали известные российские писатели Дворцов В.В. (Москва), Терёхин В.Ф. (Калуга), Макарова-Гриценко С.Н. (Краснодар), Лютый В.Д. (Воронеж), Ерофеева-Тверская В.Ю. (Омск), Машукова Е.А. (Орёл), Сорочкин В.Е. (Брянск), Фролов А.В. (Орёл), Загородний А.Я. (Орёл), Голубева С.С. (Орёл). В связи со сложившейся эпидемиологической ситуацией очная часть «Хрустального родника» была отменена. Дипломы победителям конкурсной программы решено направить по почте. А победителем в номинации «Проза» стала Рогачёва Екатерина из Смоленска. Поздравляем Екатерину! Напомним, что в конкурсе принимают участие молодые авторы, не являющиеся членами писательских союзов, а победители получают право вступления в Союз писателей России на особых условиях. Собранием Смоленской областной организации Союза писателей России уже принято решение, поддерживающее кандидатуру молодого прозаика Екатерины Рогачёвой. На одном из ближайших заседаний Приемной комиссии Союза писателей России решение региональной организации и пакет документов будут рассмотрены, очевидно, положительно. Дата этого заседания, которая зависит от эпидемиологической ситуации, и станет днём приема автора в Союз писателей России.

Лауреатами конкурса стали:

Номинация «ПОЭЗИЯ»

Диплом 1-й степени – Ларина Инна Владимировна (г. Липецк)
Диплом 2-й степени – Князев Григорий Юрьевич (г. Великий Новгород)
Диплом 2-й степени – Кандаурова Наталья Викторовна (г. Жуковка, Брянская область)
Диплом 3-й степени – Вороничева Анастасия Олеговна (г. Брянск)

Номинация «ПРОЗА»

Диплом 1-й степени – Рогачёва Екатерина Александровна (г. Смоленск)
Диплом 2-й степени – Осокина Алина Андреевна (г. Ульяновск)
Диплом 3-й степени – Бабина Анна Алексеевна (г. Санкт-Петербург)

Номинация «Литературное творчество для детей: стихи»

Диплом 1-й степени – принято решение не присуждать
Диплом 2-й степени – Пермякова Екатерина Викторовна (г. Курган)
Диплом 2-й степени – Пальванова Елена Михайловна (г. Москва)
Диплом 3-й степени – Аристарина Ольга Николаевна (г. Орёл)
Диплом 3-й степени – Данилова Ирина Борисовна (г. Санкт-Петербург)

Номинация «Литературное творчество для детей: проза»

Диплом 1-й степени – Данилова Ирина Борисовна (г. Санкт-Петербург)
Диплом 1-й степени – Татур Виктория Владимировна (г. Красногорск, Московская область)
Диплом 2-й степени – Стадник Зульфия Венеровна (г. Тобольск, Тюменская область)
Диплом 3-й степени – Артёмова Александра Валерьевна (г. Санкт-Петербург)

Биографическая справка:

Екатерина Александровна Рогачёва родилась 06.06.1987 г. в Смоленске. Публиковалась в журналах:  «Литературная учеба» (2016) и «Москва» (2017), г. Москва; газета «Фантазёры», 2019 г., г. Смоленск.  В 2014 году в Смоленске вышла книга «Карандмыши. Самый скучный день», в 2018 — сборник рассказов «Самое главное», в 2020 — повесть «Город». Печаталась в смоленских альманах «Прикосновение к слову» (2015);  «Родник» (2018 – 2019). Произведения Екатерины Рогачёвой были включены в  сборники ЛИТО «Точки» (2017 – 2019) г. Москва; Сборник Четвёртый литературный семинар молодых авторов (2019), г. Вологда. Член московского ЛИТО «Точки» при Совете по прозе СП РФ с 2017 г. Член смоленского литературного объединения «Родник» им. Ю. Пашкова с 2018 г. Дипломант 2-й степени Международного конкурса «Мгинские мосты 2019», победитель литературного интернет-конкурса «История любви 2019».

Мария Парамонова выступила на конференции «Свет великой Победы»

27 апреля заместитель председателя правления Смоленской областной организации Союза писателей России Мария Парамонова приняла участие в  конференции «Свет великой победы», проходящей в дистанционной форме в течение трёх дней. На конференции была выдвинута инициатива проведения студенческого конкурса, посвященного Ржевской битве и подведения его итогов непосредственно у нового мемориала во Ржеве после отмены ограничений. В развитие этой темы Мария Парамонова прочла два стихотворения «Во имя Добра» («Два русских солдата меж Вязьмой и Ржевом…») и «Три казака» (стихотворение повествует о работе поисковых отрядов под Вязьмой и о «Поле памяти»).

На конференции «Свет великой Победы» выступили ректор МГУТУ имени К.Г. Разумовского д.э.н., профессор Валентина Иванова, ветераны, преподаватели, научные сотрудники, студенчество. За три дня масштабной конференции, стартовавшей в преддверии 75-й годовщины Победы в Великой Отечественной войне, в ней приняли участие более 2000 человек. Участники мероприятия представили доклады, посвященные мужеству и героизму, проявленному в годы Великой Отечественной войны. Слушатели узнали о подвигах героев, о примерах святости и жертвенной любви к Родине. Целью конференции являлось обсуждение вопросов, касающихся истории Великой Отечественной войны, популяризации и сохранения исторической памяти о войне, обсуждение роли СССР в Победе над фашизмом.

Александр Крячун провел в северной столице литературный вечер, посвященный творчеству Виктора Смирнова

10 марта 2020 года в библиотеке имени Николая Рубцова г. Санкт-Петербург, прошел литературный вечер под названием «НЕюбилей Смоленского поэта Виктора Смирнова», посвящённый 78-й годовщине русского классика, который провел писатель Крячун А.Д. Александр Дмитриевич, проживая в Смоленске, внёс значительный вклад в сохранение памяти русского путешественника Н.М. Пржевальского и его соратников. Теперь, став жителем северной столицы, он сохраняет связь со Смоленщиной, делится сокровищами Смоленской литературной школы с петербуржцами.

Музейная экспозиция, посвящённая трагическому поэту Рубцову, разместилась по периметру большого зала библиотеки. Думалось: «Как же связать двух поэтов – Смирнова и Рубцова?».  Николай Рубцов и Виктор Смирнов учились в одно время (начало 60-х годов) на курсах  Литературного института имени А.М.Горького Москвы и были чем-то похожи своей преданностью русской деревне и  болью её потери.  Главным связующим звеном между великих поэтов могла бы послужить встреча двух студентов, где-нибудь в дешёвом кафе Москвы за стаканом портвейна, но такого случая не задокументировано в биографии классиков.

На круглом столе  удобного зала  портрет  Смирнова. Недалеко от стола, под стеклом лежит посмертная маска Николая Рубцова.  Если даже эти два поэта не встречались в земной жизни – судьбам их суждено было встретиться.

Бывают строки стихов такой силы, что бьют в душу, словно электрический разряд. Первый «удар» я получил от  Владимира Маяковского ещё в школе: «…улица провалилась, как нос сифилитика…». Довольно зримо и явно представил это стихийное бедствие, потому что на Среднеазиатских базарах я  часто видел людей с зияющими провалами вместо носов.

Вторая строчка, даже не строка, а три слова, которые довели до совершенства полёт фантазии и поэтического исступления не меня одного, сказанные Юрием Олешей: «…голубые глаза огородов…». Это произошло уже в юношеские годы. Ещё не имея представление о метафоре и инверсии в литературе, я довольно обывательски подошёл к этим великолепным строкам: «Лето. На столе стоит телевизор, который переключается плоскогубцами. За окном идёт дождь. Мокрые куры прячутся под кустами, не обращая внимания на выползших из залитых норок червяков. Половина огорода засеяно картошкой – она цветёт голубыми цветами, похожими на глаза весёлых гномов».

Ещё не зная, что буду жить в Смоленске, взял однажды в руки книгу Виктора Смирнова, найденную на пыльном стеллаже букинистического развала в «Старой деревне» Санкт-Петербурга. Даже не предполагал, что  буду последним человеком, которого Смирнов, как председатель Смоленского отделения Союза писателей примет в состав организации. Открыл томик поэта наобум и понял, что он и есть тот человек, который поможет мне в поисках правды о великом плаче Руси:

Ах, тяжело рассказывать, как было:
В оглоблях потерявшая свой пыл,
Последняя крестьянская кобыла
Упала, в небо крикнув, мордой в пыль…

Темой гибели русской деревни я занимался давно, и этих строк было достаточно, чтобы представить измождённые завалинки, подгнившие срубы, бездымные трубы и длинный ряд крестов, на которых, словно воины Спартака по римской дороге – распятые избы, с вывалившимися языками сгнивших половиц из рассохшихся дверей-ртов.

Этих двух строк хватило, чтобы он навсегда занял своё прочное место на  моих тесных книжных полках.

Переехав в Смоленск, я понял, что попал в страну, где есть всё: история – самая «историческая». Память – самая «памятливая», и конечно  поэзия – самая «поэтическая». Один только Исаковский,  стихами, переложенными на музыку,  смог околдовать своей лиричностью не только русский народ, но и  сентиментальных китайцев. Однажды, до далекого знакомства с родиной великого поэта, в 1985 году, я был чуть не побит разъярённой толпой в городе Урумчи Синьцзян-Уйгурского автономного района Китая, когда сказал, что песня «Катюша», которую исполняют из висевшего над плетёным столом репродуктора на китайском языке наша русская. Седой уйгур, хрустящий саранчой, запечённой в меду, и знающий русский язык, втолковал мне: «Эта песня написана в III веке китайским поэтом Ди Ку и композитором Сяо Хэо. А Исаковский и Блантер её перевели!». Я не стал возражать и обвинять полтора миллиарда людей в плагиате, а просто загордился такой всенародностью русского поэта и композитора. Жаль, что Михаил Васильевич не дожил до этого светлого дня, когда весь мир заговорил о нём, как о полиглоте, который,  «не растратив оттенков и коннотации китайской певучести, вписывал  её в русскую речь».

Глубоко преклоняюсь перед гением Твардовского, Исаковского и Рыленкова. С трепетом возил на их родину цветы, бережно укутанные в белые бумаги. Поклонялся  местам их рождения, с благоговением опускал руки в воды  рек и озёр, где  они  проводили детство.

Они были поэтами своего времени. Их гениальность актуальна и сегодня. Нет вины у них, что чиновники от литературы превратили  нелёгкую жизнь поэтов  в разменную монету отчётов и галочек. Любые даты, принадлежащие вышеупомянутой троице, отмечаются с помпезностью коронации императоров,  забыв, что существуют другие таланты. С уверенностью говорю, что  продолжатель этой великой тройки – Виктор Смирнов. Он по праву обязан занять достойное место  на постаменте памяти.

Своё предназначение на  Земле, Виктор Смирнов застолбил в стихотворении, напечатанном впервые в библиотечке «Огонёк» в 1983 году:

Сын деревни, я полон стремленья
Быть с природой, к ней сердцем приник…
И поставят меня на колени
Только ягода, только родник!

По произведениям поэта можно проследить его  непростую жизнь, сотканную из серебряных нитей  рифмованной биографии:

Четыре рта. А мать одна.
Отцом война не подавилась…

Да только за эту строку «Отцом война не подавилась…» можно причислять Смирнова к одному из величайших поэтов.

Очень много говорится и поётся о Смоленской земле, о её людях, о талантах, коих вряд ли наберёт другой город России. Смирнов решает этот вопрос просто. Одной строфой подводит черту плодовитости края. Это стихотворение открывает его первый печатный сборник «Русское поле»,  вышедший в 1971 году:

Смоленщина… От края и до края
По тропке узкой не спеша шагай:
Везде земля песчаная, плохая.
А на людей – отменный урожай…

Многие замечали, что у Виктора Петровича тема смерти всегда преобладает над  темой жизни. Он не был пессимистом, но очень близки его помыслы с фразой Эрнста Хэмингуэя: «Жизнь – это  трагедия, исход которой предрешён заранее!».

Шинели шубы, туфельки, тулупы…
Исполненные мыслей неземных,
Бредут по тропам будущие трупы
И я, пиит смоленский среди них…

Смоленский поэт Вера Суханова, в своей статье о классике заметила: «Смирнов никогда не забывает и не устает напоминать читателю о том, что младенец с первых шагов «…начинает своё приближение к самой чёрной на свете земле».

Он был честным поэтом,  самым чистым из последнего поколения стихотворцев смоленского периода, которые запоминаются и трогают словом. Он не страшился и смело рубил словом.

В моей Отчизне – пьянство, лень, усталость.
Среди хандры, среди смертей и бурь
Одна лишь вьюга русскою осталась,
Все остальное – западная дурь…

Здесь, конечно, с Виктором Петровичем, соглашаться не приходиться – оставим это на совести поэта и примем за литературный прием гиперболы. Неучастие русского человека в становлении собственного государства немного преувеличено.

Когда и где прочитал свои стихи последний раз Виктор Петрович, никто не скажет. Возможно, он бредил ими в предсмертии, связав физическую и духовную боль в единый нерв, для последнего броска из мира живых в ждущий у порога катафалк.

Не знаю, сколько в мире жить,
То радуясь, то плача, −
Успеть бы только завершить
Тот стог, что мною начат…

Можно смело сказать, что он сделал свои дела, отведённые ему жизнью. Он «сметал свой стог». Наша с вами сейчас задача – чтобы не разметал по равнодушной пустоте его «величавую копну» ветер невежества и забытья.

Александр Крячун

г.Санкт-Петербург, 2020 г.

10.03.2020 | Рубрика: Писатели России | Комментарии (2) | Метки:

9 марта стартует историко-литературная акция «Бессмертный полк русской поэзии»

В целях расширения информационного поля, по просьбе коллег из Псковского регионального отделения Союза писателей России публикуется положение о Международной историко-литературной акции «Бессмертный полк русской поэзии».

Положение
о международной историко-литературной акции
«Бессмертный полк русской поэзии»

Международная истoрико-литературная акция «Бессмертный полк русской поэзии» (далее – акция) посвящается Победе Советского народа в Великой Отечественной войне и направлена_на увековечивание памяти поэтов-фронтовиков и поэтов-блокадников, возвращение российскому читателю их стихов, приобщение к этим стихам детей и юношества.

Акция проводится Псковским региональным отделением Общероссийской общественной организации «Союз писателей России» (далее – организатор акции) при поддержке Комитета по культуре Псковской области и является неотъемлемой частью литературно-исторического проекта «Чтобы помнили» (далее — Проект).

Цели и задачи акции соответствуют целям и задачам Проекта.

Участниками акции могут стать жители Российской Федерации, ближнего и дальнего зарубежья – носители русского языка, принимающие цели и задачи акции.

1. Акция проводится по направлениям:
«Бессмертный полк русской поэзии» (для участников в возрасте от 18 лет);
«Бессмертный полк русской поэзии». Читают дети» (для участников до 17 лет включительно).
Организатор акции открывает видеоканал  на платформе видеохостинга YouTube, на котором, будут публиковаться стихотворения фронтовых поэтов, в декламации жителей России и зарубежья, в популярном на сегодняшний день формате видеороликов. Оформление видеороликов в едином формате Организатор акции берёт на себя.

2Период проведения акции с 09.03.2020 по 30.06.2020.
Приём видеороликов участников акции по 06.06.2020.

3. Чтобы стать участником акции, необходимо:
— записать (при помощи видеокамеры, веб-камеры, фотоаппарата, мобильного телефона и т.д.) видеоролик, с декламацией произведения поэта – участника Великой Отечественной войны, либо поэта, проживавшего в г. Ленинграде в период его блокады (поэта-блокадника), написанное на русском языке;
— направить видеоролик на E-Mail: poetic.polk@ya.ru
За весь период акции от одного участника принимается не более 3 видеороликов. Предпочтение отдаётся произведениям, читаемым наизусть.

4. Требования к видеоролику:
— форматы видеоролика: mp4, avi, mpeg2, mov, wmv;
— соотношение сторон 16:9, либо 4:3;
— качество видео не ниже 640 x 480;
— один видеоролик должен содержать только 1 стихотворение;
— продолжительность ролика не более 5 минут;
— на видеозаписи должно быть видно лицо человека, читающего произведение;
— не рекомендуется дополнять ролик титрами, надписями, спецэфектами, а также фоновой музыкой и иной фоновой озвучкой.

5. В целях оперативной обработки присланных видеоматериалов и их публикации организатор акции просит предоставить вместе с видеороликом:
— фотографию поэта-фронтовика, написавшего произведение;
— заполненную анкету участника акции.

6. Направляя видеоролик, участник акции тем самым соглашается с тем, что:
— присланные видеоматериалы будут оформлены в едином стиле акции и размещены на видеоканале акции, на хостинге YouTube;
— размещенные на хостинге YouTube видеоматериалы могут в дальнейшем публиковаться (транслироваться) в социальных сетях, интернет-сайтах, а также средствах массовой информации, освещающих проведение акции, и не претендует на какое-либо вознаграждение.

7. Не принимаются к публикации:
— видеоролики с низким качеством видео или звука;
— видеоролики с чтением стихов за кадром (звук наложен на видеоряд);
— видеоролики, содержащие информацию рекламного характера;
— видеоролики, содержание которых  нарушает законодательство Российской Федерации и (или) общепринятые нормы нравственности и морали.
Организатор акции оставляет за собой право отказать в публикации видеоматериала без разъяснения причин.

8. Участники акции получают памятный «Сертификат участника акции «Бессмертный полк русской поэзии», в котором указывается ссылка на произведение,  размещенное на канале акции. Сертификат направляется в электронном виде, в формате PDF. Если участником представлено 2 и более видеоролика, он получает сертификат за каждый из них.

10. Дополнительная информация.
В Псковской области, дополнительно, будет организовано проведение очной акции с выступлением детей и юношества на праздничных концертных площадках посвящённых  Дню Победы, в библиотеках города, домах ветеранов, а также их выступлением на фестивале исторической поэзии «Словенское поле – 2020».
В ходе проведения акции планируется сотрудничество со средствами массовой информации, литературными сайтами, ретрансляция опубликованных видеоматериалов в социальные сети, а также различные группы и сообщества литературной направленности.
Организованное прохождение участников акции в колонне Бессмертного полка в День Победы – не планируется, т.к. мы убеждены, что решение об участии в данном шествии – личное дело каждого гражданина и не может быть организовано с применением административного ресурса, рамках в какой-либо акции или проекта.

Поэтический конкурс «Высота», посвящённый памяти 6-й роты

С 1 марта 2020 года открывается приём заявок на участие во всероссийском поэтическом конкурсе «Высота», посвященном 20-летию подвига десантников шестой парашютно-десантной роты сто четвертого гвардейского парашютно-десантного полка семьдесят шестой гвардейской воздушно-десантной дивизии. Конкурс проводится в рамках литературно-исторического проекта «Чтобы помнили».

Положение о конкурсе размещено на сайте Псковского регионального отделения Союза писателей России:
https://pskovpisatel.ru/чтобы-помнили/поэтический-конкурс-высота/

Предыдущие записи »